Наталия Савинова: «Классическая музыка — для интеллектуалов и аристократов»

By  |  0 Comments

О классической музыке. Почему классическая музыка оказывается на периферии нашего внимания? Как и чем зарабатывают деньги классические музыканты? — ФОРТ РОСС 10 августа 2013 // О классической музыке

Наталия Савинова // Трио им. Рахманинова

Запись программы ФОРТ РОСС от 10 августа 2013 с участием Наталии Савиновой, Трио им. Рахманинова:

Дмитрий Росс: Наталия, как Вы появились на свет? Я имею в виду Трио им. Рахманинова.

Наталия Савинова: Все участники Трио им. Рахманинова – Виктор Ямпольский, Михаил Цинман и я – мы, независимо друг от друга, хотели играть в трио. Эту мечту мы осуществили. Так сложилась судьба, что я с Виктором Ямпольским встретилась в Москонцерте, где мы работаем и поныне, а с Михаилом Цинманом мы учились вместе в одной школе им. Гнесиных. Когда возник вопрос о создании три – а три это самый классический жанр из всех жанров — мы остановились друг на друге.

Дмитрий Росс: У Вас виолончель, фортепиано и скрипка.

Наталия Савинова: Да.

Дмитрий Росс: А было бы круто сделать три виолончели или три фортепиано…

Наталия Савинова: Ну вообще, это «круто» мы уже проходили. Например, были ансамбль арфисток и ансамбль скрипачей в Большом театре. Есть произведения, которые написаны для ансамбля виолончелей у Вилла-Лобоса.

Дмитрий Росс: И сидит группа виолончелисток в полосатых купальниках…

Наталия Савинова: Вы знаете, это достаточно красивое зрелище. Потому что вот у нас были гастроли на Кубе, и это произведение мы слышали в исполнении кубинок. Они невероятно красивы. Руководителем был молодой парень в белом костюме. Все кубинки были одеты, как белые и черные лебеди.

Дмитрий Росс: Очень сексуально.

Наталия Савинова: Да.

Дмитрий Росс: Но когда Вы собрались, как трио, неужели, тогда не было достаточно коллективов, и обязательно нужен был еще один?

Наталия Савинова: Понимаете, мы все – солисты. Михаил Цинман еще и концертмейстер Большого театра. Мы с Виктором всю жизнь работали в Москонцерте, за исключением периода, когда мы работали с ним в Ансамбле современной музыки. И большей частью ты выходишь и играешь соло или с оркестром, или с роялем. А жанр трио – наиболее интеллектуальный. Нам это нравилось тем, что там трое солистов-инструменталистов, которые могут показать свои виртуозные данные, но в первую очередь – это очень серьезный жанр, истоки которого в Германии.

Первое трио для такого состава написано Гайдном. «Три тома», которые совершенно еще не открыты. И даже несмотря на то, что нам кажется, что мы все знаем, и пора переходить к смешению жанров, и уходить от классики, как таковой, на самом деле, я считаю, трио Гайдна еще до сих пор не исполнено! В том числе и нами. Потому что жизнь диктует свои запросы, чаще всего – особенно заграницей – нас просят играть русскую музыку. Гайдна мы играем, но далеко не его «Три тома».

Дмитрий Росс: Знаете, я вспоминал, где я слышал в Москве классическую музыку, и вспомнил, что есть одна клиника, в фойе на входе в которой сидит арфистка и играет классическую музыку для всех входящих.

Наталия Савинова: В принципе, для меня это не новость. Мой коллега Михаил Цинман играл в больнице по просьбе главного врача той больницы. По-моему, это очень благое дело.

Дмитрий Росс: В вашем коротком рассказе о Трио им. Рахманинова ключевым словом для меня стало слово «интеллектуальный». То есть то, что Вы исполняете, — для интеллектуалов. А что же делать нам, тупым и простым? Для нас, простых смертных, такая музыка будет недоступной?

Наталия Савинова: Не будем делить на простых смертных и непростых смертных. Я знаю только одно определение классической музыки, которое дал Герман Гессе в своей книге: Осознание трагизма человеческого бытия, мужество и ясность. Эти критерии всегда присутствуют в любом классическом произведении, будь то Гайдн, Моцарт или Бетховен.

Это достойный объект для внимания всего человечества. Несмотря на века и времена…

Дмитрий Росс: По-Вашему, классическую музыку надо уметь понимать?

Наталия Савинова: Классическую музыку надо воспринимать. Удивительная вещь из моей концертной практики: лучше всего Моцарта слушают дети. Они сразу замолкают. У меня было несколько концертов среди детской аудитории – 8-12 лет. И они замолкают. На них Моцарт действует особенным образом.

Дмитрий Росс: Кстати, один из стереотипов, как говорят знатоки, — это если ребенку давать слушать музыку Моцарта, то это способствует развитию умственных способностей ребенка.

Наталия Савинова: Вы знаете, на самом деле японские ученые ставили опыты над растениями. От какой музыки лучше растут растения. Выяснилось, что от классики – от Моцарта и Вивальди. И когда ребенок находится в утробе матери, он особым образом радуется от классической музыки. Такие опыты тоже ставились.

Дмитрий Росс: Вы согласитесь со мной, если я скажу, что классическая музыка сейчас находится где-то на периферии нашего внимания? Вспомним конкурсы классической музыки, которые раньше были в прямой трансляции в самое праймовое время на советском телевидении, а сейчас мало, кто говорит и пишет о них.

Наталия Савинова: Действительно, какие-то конкурсы, которые был в моем детстве, транслировались в прямом эфире. Сейчас это происходит в меньшей степени. Это говорит только о коммерциализации нашей жизни по всем статьям. Ведь на это нужны деньги.

Дмитрий Росс: То есть спонсоры не готовы спонсировать?

Наталия Савинова: Да, нужны деньги, чтобы все это снимать. А что касается любителей классической музыки, то в принципе ее процент такой же, каким он был и в прошлые века, просто сейчас у нас гораздо больше населения на земном шаре.

И не надо стремиться популяризировать классическую музыку! Главное, чтобы этот процент любителей классической музыки был неизменен.

Единственное, что мы можем сделать, — это ввести какую-то образовательную политику в этом плане. Потому что у нас, к сожалению, нет традиции воспитания массового слушателя.

Дмитрий Росс: А как же уроки музыки в школах?

Наталия Савинова: Ой, они очень номинальные и ничего не дают детям в общеобразовательных школах. В Германии и Европе все образование построено таким образом, что оно не нацелено на воспитание ранних лауреатов, но на образование слушателя.

Дети выбирают специализацию – станут ли они солистами или оркестрантами — гораздо позже, чем у нас. А до этого они играют в ансамблях, наслаждаются общением друг с другом и с педагогом. Там нет вот этой конкурсной гонки. И до сих пор это так.

Дмитрий Росс: А интерес к классической музыке в Европе, по-Вашему, выше?

Наталия Савинова: Там есть традиции. И интерес выше.

Дмитрий Росс: Но у нас же не меньше и композиторов, и музыкантов.

Наталия Савинова: Но это же все-таки искусство аристократическое. А аристократизм у нас был выжжен, сами знаете, когда. И во времена сталинских репрессий и так далее. Композиторы были аристократами с большой буквы. Искусство, о котором мы говорим с Вами, — это аристократическое искусство по сути.

Дмитрий Росс: Есть такое мнение, что раньше в Советском Союзе людей заставляли слушать классическую музыку.

Наталия Савинова: На самом деле, это минус нашего советского образования. У нас очень много плюсов, русская исполнительская школа известна на весь мир. И конкурс им. Чайковского, который впервые состоялся в 1962 году. Это был расцвет русского исполнительского искусства. А потом произошел упадок.

Дмитрий Росс: Все отправились в коммерцию.

Наталия Савинова: Постепенно.

Дмитрий Росс: Наталия, я послушал отрывки из того, что Вы исполняете. Простите уж меня великодушно, но, слушай я это дольше, я бы наверное уснул…

Наталия Савинова: Знаете, если Вы устали – поспите.

Дмитрий Росс: Кстати, на Ваших концертах люди засыпали?

Наталия Савинова: О, это очень интересный вопрос, как люди слушают музыку. Для меня это всегда очень интересно. Кстати, у [Херлуфа] Бидструпа есть карикатура на тему, как люди слушают музыку. Большей частью – непосредственно!

1405

 

На нашем концерте один математик благодарил нас. Он пришел после концерта и говорит, знаете, я бился над решением своей задачи, а после концерта ответ на нее пришел ко мне сам! Он находился с нами, видимо, в каком-то…

Дмитрий Росс: Душевном сопереживании?

Наталия Савинова: … да, сопереживании или гармонии. Может быть, он медитировал. Я не знаю, что там с ним происходило, но он был очень благодарен. [смеется]

Дмитрий Росс: А не возникает желания отставить виолончель в сторону и со сцены крикнуть такому слушателю «да проснись ты уже!!»?

Наталия Савинова: Ну, это не значит, что он прям спал или храпел. Он слушал, и может быть, даже с открытыми глазами. А почему нет?

Дмитрий Росс: Знаете, как объясняют то, что люди засыпают на концертах классической музыки. Такие люди, возможно, вспоминают, что в детстве их укачивали под классическую музыку. И теперь реакция таких людей на классическую музыку – сон.

Наталия Савинова: Если это колыбельная – это нормально. Но это если это «Венгерский танец» Брамса – это странная реакция. Значит, человек, бедненький, очень перетрудился. [смеется]

Дмитрий Росс: Вы начали говорить об общеобразовательных школах, а я хочу продолжить разговор о школах, где учат музыкантов. В них ведь тоже не все так красиво, как хотелось бы.

Наталия Савинова: Ну, тут просто безобразие!

Дмитрий Росс: Срочно включаем траурный марш!

Наталия Савинова: Да, или дробь барабанную… ЦМЩ была долгое время без своего места. Сейчас моя родная Гнесинская школа, в которой я училась, и которую закончил мой сын, — без своего особняка, который всю жизнь принадлежал…

Дмитрий Росс: Всех выгнали?

Наталия Савинова: Всех выгнали. Причем общеобразовательные предметы преподаются в одном месте, музыкальные – в другом. И нет зала, где дети могут играть!

Дмитрий Росс: Значит, через 5 – 10 лет мы почувствуем нехватку музыкантов, скорее всего.

Наталия Савинова: Знаете, уже есть недоборы в консерваторию. То, чего никогда не было. По разным специальностям недобор. Это было удивительно услышать….

Дмитрий Росс: Значит, молодежь не идет в профессиональные музыканты?

Наталия Савинова: Может быть, она и меньше идет, но все равно идет. А так как школы нет…

Дмитрий Росс: Понятно. Вы говорите о ситуации в Москве, а что происходит в регионах?

Наталия Савинова: В регионах замечается удивительная вещь. С Трио им. Рахманинова мы проездили и с нашими зарубежными гостями по всей России до Владивостока. Во Владивостоке я была раз пять или шесть с разными программами и мастер-классами. И вот ты приезжаешь во Владивосток и занимаешься не только с детьми и студентами, но ведь едут люди на автобусах из близлежащих окраин, мысов. Ты даже не знаешь названий этих мест. И люди просят прослушать их детей!

Голод там, кстати, колоссальный. Голод по всему, и по общению в том числе. Согласитесь, Москва и Владивосток далеко друг от друга. Китай пока с нами не объединился [смеется].

И в Нальчике было то же самое. Люди приезжали из каких-то аулов, сел, деревень везли детей. И учителя там какие-то тоже с энтузиазмом всем этим занимаются, и понятно, что за копейки. Это было неожиданно.

Дмитрий Росс: Вернемся к самой музыке и музыкантам. Объясните мне, зачем классические музыканты начинают играть современные произведения? Неужели, им мало классической музыки?

Наталия Савинова: Современные произведения современным произведениям – рознь. То, что Вы вкладываете в это понятие, — это, наверное,…

Дмитрий Росс: Поп-музыка, рок-музыка.

Наталия Савинова: Да. В принципе существует так называемое продолжение серьезной музыки, и оно тоже называется современной музыкой. Круг любителей такой музыки гораздо уже, чем круг любителей Гайдна, Моцарта, Бетховена.

Чтобы познакомится с этой музыкой, у меня было достаточно времени, потому что я работала в Ансамбле современной музыки, который организовал Эдисон Денисов. Там были самые разные произведения. Лично я была знакома с Губайдулиной…

Дмитрий Росс: Со Шнитке…

Наталия Савинова: Да. Я даже записала диск со всеми произведениями Шнитке для виолончели. Потому мы записывали учеников этих композиторов и учеников их учеников. Вот тогда я сазала – хватит. [смеется] Уже надоело.

Кстати, там были произведения на грани рока, джаза, какой-то синтез. Я отношусь уважительно к любому поиску.

Дмитрий Росс: А что Вам проще принять – классику в современной обработке или поп-рок-композиции в исполнении классических музыкантов?

Наталия Савинова: Классика в современной обработке – это, по-моему, такой ужас!

Дмитрий Росс: Не нравится Вам «тумца-тумца-тумца»?

Наталия Савинова: Это ужас. Когда ты слышишь «Ночную серенаду» Моцарта в каком-нибудь не слишком дорогом ресторане и вот в таком варианте – по-моему, хуже этого для человечества не может быть ничего.

А вот исполнение поп- и рок-композиций классическими музыкантами – почему бы и нет? Каждый имеет право пробовать. Я бы сказала, что исполнительство пришло к тому, что музыканты разучились импровизировать. А в данном варианте это возможно!

Ведь с чего начиналась школа? Например, Бах занимался со своими учениками тем, что предлагал им тему фуги и схему, по которой она развивается, и ученик ипровизировал при учителе! Сейчас это напрочь утеряно.

Вы знаете, у меня был опыт в роке. Один раз меня пригласила молодежная группа. «Знаешь, — сказали они мне, — нам нужно, чтобы ты сыграла нам мелодию из соль-минорного «Венгерского танца». Мне надели наушники. Какие-то голоса там уже были записаны, и я должна была попадать в эти квадраты, что-то импровизировать, без нот, без всего. Там как раз был этот вариант «умца-умца-умца». Все закончилось, они сказали большое спасибо. Для меня это был опыт. Для меня всегда все новое интересно.

Дмитрий Росс: Все равно ведь хороший опыт.

Наталия Савинова: Но к классической музыке это не имеет ни-ка-ко-го отношения!

Дмитрий Росс: Вы уже, наверное, слышали, например, композицию Lady Gaga «Bad Romance» в исполнении классического струнного квартета Vitamin.

Наталия Савинова: Ну, а почему бы нет? Пусть зарабатывают. Только ни в коем случае нельзя это называть классической музыкой. Даже если играет традиционный квартет, это нельзя называть классической музыкой.

Дмитрий Росс: Может быть, именно через такие вот обработки и аранжировки и прививать культуру и любовь к классическому исполнению?

Наталия Савинова: Ни-ко-гда! Потому что происходит девальвация ценностей, все встает с ног на голову. Это совершенно другие эмоции, поля, совершенно все другое. Это играет не на то, на что воздействует классическая музыка.

Дмитрий Росс: Не в интеллект выстрелило.

Наталия Савинова: Не только об интеллекте нужно говорить, но и о душе, о духе. Это приятное времяпрепровождение, но это не классическая музыка.

Дмитрий Росс: Вот Вы говорите, что не надо популяризировать классическую музыку, но спрос-то на нее как-то делать надо?

Наталия Савинова: Да. По-моему, очень хороший пример популяризации – это реклама, которую я видела вчера. В Москве идут трансляции оперы из Метрополитен Опера.

Дмитрий Росс: И в ГУМе делают такие трансляции по ночам. У меня в гостях даже была организатор этих трансляций – Надежда Котова.

Наталия Савинова: Я не знаю про ГУМ. Но это как раз пример прекрасной популяризации. Или фильм Дзефирелли (???) «Травиата» – это уже классика жанра, он меня потряс в свое время. Есть такое, что вполне допустимо. Реклама должна быть.

Дмитрий Росс: Реклама – это снова деньги. Мы с Вами постоянно упираемся в какой-то финансовый тупик. Кстати, Вы, Трио им. Рахманинова, как деньги зарабатываете, если уж у нас классическая музыка так невостребована? И зарабатываете ли Вы в России или заграницей?

Наталия Савинова: Последнее время мы зарабатываем и там, и там. Но я не могу сказать, что у меня очень большое состояние. [смеется] Потому что этих денег не хватает даже на то, чтобы оплатить виолончель, которую я беру в Госколлекции. И приходится просить…

Дмитрий Росс: Сапожник без сапог.

Наталия Савинова: Да. Но во всяком случае мы живем и не голодаем, что тоже приятно.

Дмитрий Росс: Кто-то из музыкантов идет играть на улицу, в переходах.

Наталия Савинова: Я встречала своих знакомых в метро, которые играют концерты Вивальди и что-то еще. Почему бы нет?

Дмитрий Росс: Встретились глазами и…

Наталия Савинова: Вы знаете, я к ним не подхожу.  Я делаю вид, что я не замечаю. В любом случае, это, наверное, не очень приятно. Лучше, наверное, в залах играть? Но как правило, это не солисты, а те музыканты, которые в оркестре работают, или безработные.

Дмитрий Росс: Консерватории не добирают студентов, музыканты идут за деньгами на улицу…

Наталия Савинова: В принципе, пока еще нет полного краха. Но если не будет достаточного финансирования, и финансирования учебных заведений, то он может быть.

Дмитрий Росс: Кстати, Вы считаете, что государство должно финансировать классическую музыку?

Наталия Савинова: Обязательно. Всю жизнь культура была на дотации. Почему вдруг сейчас предлагается перевести классическую музыку на самоокупаемость? Совершенно не понятно. Ведь это не музка развлечения, а музыка возвышенная, музыка, которая призвана сделать человека лучше.

Дмитрий Росс: Музыка, которая учит мыслить. Наталия, знаете, я хочу пожелать Вам и Трио им. Рахманинова того, что всегда желаю своим коллегам-радийщикам, — слушателей! Верных, постоянных, разных!

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *